Рецензия: © Анастасия Розанова

Вот оно... то, чего ТАК хотелось! Ибо сахар, переполнивший захватанную сахарницу кавая, нужно иногда смывать кр-ровью!

Начало предсказуемо, как эротические фантазии шестиклассника: к простому японскому школьнику является ангел. Ангел, само собой, выглядит как прелестная девочка, и, разумеется, непрерывно искушает, смущает и соблазняет вверенного ей Сакура-куна. А потом, когда тот реагирует естественным образом (или как-либо иначе ангела сердит), очаровательная Докуро-тян вынимает огромную шипастую палицу и сносит подопечному голову. И тогда посередине тривиального школьного кавая дымятся клочья мяса и бьют фонтаны артериальной/венозной крови... Обозрев картину разрушения, скорый на расправу ангел принимается распевать сюсюкающие заклинания и возвращает Сакуру-куна к жизни.

Таким образом, «Убойный ангел» представляет собой классический сюжет «кого люблю, того и бью», возведенный в абсолют: «кого люблю, того убью... и так пока не надоест». До предела, до маразма, до обоюдоострых вершин садо-мазо! В длинной галерее страстно-мрачных девочек, которые терзают возлюбленных самым зверским образом, с кровью вколачивая им «науку страсти нежной», Докуро-тян по праву (и с отрывом!) займет первое место. У первопечатника манги о добрых мальчиках и злых девочках, Леопольда фон Захер-Мазоха, читаем: «...чем более уступчивой и праведной выказывает себя женщина, тем скорее мужчина отрезвляется и становится властелином; и чем более она окажется жестокой [...], чем грубее она с ним будет обращаться, чем дерзостнее она будет с ним играть, чем меньше жалости выказывать, тем больше она будет им любима и боготворима». Оно? Оно! Любишь – бей, Докуро-тян. А он не только стерпит, но к концу OVAшек еще, глядишь, и оценит. Не ново? Не ново. От самого Леопольда фон Черный-Латекс до наших дней нескончаемой вереницей тянутся страдательные мальчики и кавайные валькирии в сэйлор-фуку. Уже не смешно?

Но – нюансы! Но – подробности! Но – искрометный цинизм и жизнеутверждающая чернушка!.. Дьявол, как нас уверяют, обнаруживается в деталях; но и ангел (особенно «Убойный») тоже в них. Тот продукт, который японские мультипликаторы разливает по OVA и сериалам щедрой рукой (именуемый в просторечии «сладкие сопли»), здесь представлен в комплектации с кровавыми фракциями и вкраплением рвотных масс. Так что если вас уже подташнивает от школьной панцу-романтики и от того, как ее сервируют в аниме, не исключено, что коктейль Докуро-тян (первая любовь / стёб / сантименты / кровищ-ща) смешан персонально для вас. Кстати, почти не раздражает бедный рисунок (наверно, настоящий сериал про кавайных школьников не должен быть задорого нарисован: так соблюдается непорочная юношеская скудость). Зато в момент обретения очередным героем очередной порции страстей/страданий рисунок оживает и наполняется Настоящим Ужасом. Столь любимый японцами «Крик» Мунка звучит с картинки «Убойного ангела»... и провоцирует зрителя на хохот – истерический, глумливый, утробный, но, безусловно, продлевающий жизнь. Нашу жизнь в тисках кавая.

Краткое содержание:

Обычный школьник Сакура-кун даже не подозревает, что в будущем ему суждено изобрести революционную технологию вечной молодости, которая будет прекращать взросление девочек после того, как им исполнилось двенадцать лет (хотя, делая это открытие, он будет преследовать совсем иные цели...). Тем не менее это изобретение даст людям невиданные доселе возможности, что не по вкусу Небесам, решившим устранить зачинщика загодя с помощью посланных в прошлое ангелов. Однако одной из ангелов так полюбился симпатичный парнишка, что она решила попытаться изменить будущее, не убивая его. Так в квартире Сакуры поселяется очаровательная Докуро-тян, непосредственная и простодушная девочка с золотым нимбом над головкой. Беда только в том, что ангельски красивая гостья невероятно вспыльчива и в момент гнева, не задумываясь, использует свой Эскалиборг, гигантскую биту с шипами, умерщвляя рассердивших её самыми ужасными и кровавыми способами. Впрочем, достаточно короткого заклинания, и убитые тут же оживают... до очередной вспышки ярости Докуро-тян.